Два исследования, опубликованные 25 сентября 2026 года в журнале Science Advances, показали, что Энцелад может быть особенно удобным объектом для поиска внеземной жизни. Под ледяной корой спутника находится глобальный океан, а его содержимое выбрасывается в космос через трещины в районе южного полюса. Поэтому космическим аппаратам не потребуется бурить многокилометровый слой льда, чтобы получить образцы воды и замёрзшего вещества.
Мощные струи поднимают материал океана на сотни километров над поверхностью Энцелада. Аппараты могут проходить через эти выбросы и исследовать их непосредственно. Данные миссии NASA «Кассини» уже позволили обнаружить в них соли, органические соединения и другие вещества, связанные с подповерхностным океаном. Наблюдения также согласуются с существованием гидротермальной активности на его дне.
Первая работа под руководством планетолога Франка Постберга из Свободного университета Берлина была основана на измерениях «Кассини», лабораторных экспериментах и теоретическом моделировании. Учёные установили, что пузырьки газа, поднимаясь через океан, лопаются у его поверхности и образуют мельчайшие капли. Водяной пар переносит их по ледяным разломам вверх, однако при замерзании капли не превращаются в однородные частицы.
По мере замерзания растворённые вещества разделяются и концентрируются в разных участках каждой капли. В результате хлорид натрия, или поваренная соль, может отделяться от карбоната натрия, а органические соединения — распределяться отдельно от солей. Двигаясь по трещинам со скоростью до 1000 км/ч, замёрзшие капли сталкиваются со стенками и раскалываются на фрагменты размером в несколько микрометров. Некоторые из них могут содержать значительно более высокую концентрацию исходных веществ, чем океаническая вода.
«Enceladus actually does a lot of the work for us in preparing samples for analysis that usually take a lot of effort in chemical labs on Earth», — сказал Постберг. По его словам, компоненты океана одновременно отделяются друг от друга и концентрируются в отдельных ледяных частицах. Если в каплю попадут фрагменты клетки или другой биологический материал, они могут оказаться лишь в небольшом числе зёрен, но в высокой концентрации. Поэтому анализ отдельных частиц способен выявить биологические признаки, которые потерялись бы при исследовании общей смеси.
Вторая работа была посвящена вопросу о том, могут ли в условиях Энцелада существовать активные организмы. Исследователи из Мюнхенского университета Людвига и Максимилиана, в том числе Постберг и учёный Свободного университета Берлина Нозаир Хаваджа, воспроизвели в лаборатории химические особенности океана спутника. Они смоделировали среду с низким содержанием кислорода, большим количеством карбонатов и щёлочностью с показателем pH 10–11, а также взаимодействие воды с каменистым дном.
В эксперимент добавили архею Methanothermococcus okinawensis, обнаруженную возле глубоководных гидротермальных источников на Земле. Этот микроорганизм не использует кислород: он получает энергию из водорода и углекислого газа, выделяя метан. В среде с очень высокой щёлочностью и недостатком углекислого газа архея сначала не росла, однако в полной модели океана Энцелада продолжила размножаться и производить метан. Водород для обмена веществ образовывался в реакциях воды с горными породами, а организм приспособился к крайне низкой доступности углекислого газа.
«This was really a surprise to us», — сказала Хаваджа. «This was an experiment for which we did not expect such a successful outcome.» Постберг отметил, что такие результаты не доказывают наличие жизни на Энцеладе, но показывают возможность работы древнего метаболического механизма в крайне щелочной среде. Авторы считают, что будущие аппараты смогут повысить шансы на обнаружение следов жизни, если будут исследовать отдельные ледяные частицы из выбросов спутника.