Отпущенные на волю гребнистые крокодилы, которые родились или выросли в неволе, могут не стремиться вернуться к местам своего разведения. К такому выводу пришла группа исследователей, чья работа опубликована в журнале Wildlife Research. Полученные данные способны помочь специалистам по охране природы повысить эффективность программ восстановления сокращающихся популяций этих рептилий.
Способность находить дорогу домой широко распространена в животном мире и нередко играет ключевую роль в выживании и размножении. Одни виды совершают короткие ежедневные возвращения к гнёздам или норам после поиска пищи, другие преодолевают огромные расстояния за недели или месяцы. Как отметил поведенческий эколог, адъюнкт-доцент Университета Мёрдока Ру Сомавира, крокодилы представляют собой особый случай: они исключительно хорошо находят путь назад, часто возвращаясь к местам первоначального отлова, что снижает успех программ по перемещению. При этом остаётся неясным, как такое поведение проявляется у особей, которые долго содержались в неволе перед выпуском.
Исследование проводилось в мангровых лесах Сундарбана в Бангладеш — одном из последних крупных убежищ гребнистого крокодила в стране. Интенсивная коммерческая охота ради кожи сильно подорвала численность вида вплоть до 1970-х годов. Хотя с 1973 года гребнистые крокодилы находятся под охраной закона, заметного восстановления популяции не произошло. Большинство известных оставшихся особей обитает именно в Сундарбане, но и там их немного: последняя оценка насчитывает всего 140 взрослых крокодилов.
По словам Сомавиры, если выращенные в неволе крокодилы после выпуска возвращаются в вольеры или питомники, попытки реинтродукции обречены на провал. Традиционно в такие программы берут молодняк, однако его выживаемость крайне низка, а половой зрелости он достигает долго. Поэтому важно понять, можно ли использовать более крупных особей, выращенных в неволе. Чтобы проверить это, учёные снабдили спутниковыми передатчиками пять взрослых гребнистых крокодилов: трёх выращенных в неволе самок, проведших там от 8 до 22 лет, одного местного дикого крокодила, пойманного и выпущенного на том же месте, и ещё одного дикого, перемещённого на большое расстояние от места отлова. Наблюдение за животными велось несколько месяцев после выпуска.
Наиболее обнадёживающий результат, по словам Сомавиры, дали три выращенные в неволе самки: ни одна не пыталась вернуться в питомник. Вместо этого они обосновались на небольших, чётко очерченных участках и перемещались почти так же, как местный дикий крокодил, что говорит о возможной лёгкой адаптации к новой среде. Иначе сложилась судьба перемещённого дикого крокодила по имени Джонгра. Его выпустили примерно в 132 км от родных мест, и хотя за время исследования он не добрался до места первоначального отлова, его перемещения явно шли в том направлении. Он проходил за день больше любого другого отслеживаемого крокодила, охватывал исключительно большую территорию, а в отдельные дни преодолевал свыше 30 км — всё это типичные признаки стремления домой.
Разница между выращенными в неволе и перемещёнными дикими крокодилами может иметь практическую ценность. Сомавира считает, что выпуск подросших и взрослых особей, выращенных в неволе, способен стать действенной стратегией укрепления диких популяций, тогда как для перемещаемых диких крокодилов важно тщательно планировать выпуск, чтобы управлять их склонностью возвращаться домой. Исследование под названием «What is home? Post-release movements of captive-reared and translocated mature saltwater crocodiles in Bangladesh» было профинансировано Deutsche Gesellschaft für Internationale Zusammenarbeit, а руководили им IUCN Bangladesh и Bangladesh Forest Department.