В Норвегии обнаружили редкую серебряную монету с именем короля Олафа Харальдссона, правившего в 1015–1028 годах. Находка стала частью клада Мёрстад, найденного в апреле возле деревни Рена. Сейчас в нём насчитывается от 5500 до более чем 6000 монет.
Олаф Харальдссон, известный также как Святой Олаф или Олаф Святой, считается национальным покровителем Норвегии. Монета относится к периоду примерно 1024–1028 годов и была отчеканена ближе к завершению эпохи викингов. По данным Музея истории культуры Университета Осло, до этого открытия специалисты нашли менее 20 монет, выпущенных во время правления Олафа.
На одной стороне изделия изображён профиль короля и размещена надпись, а на другой виден крест. Эксперт Университета Осло по монетам Свейн Гулльбекк назвал находку «национальным сокровищем». «Здесь мы видим монету с портретом короля и крестом, а на обороте — ещё один крест», — сказал он в заявлении, опубликованном музеем.
Олаф познакомился с христианством во время юношеских походов викингов против Англии и Франции, а около 1013 года принял крещение во французском Руане. Став королём Норвегии в 1015 году, примерно в 1024-м он провозгласил христианство единственной разрешённой религией. Однако значительная часть населения, особенно в центральном Трёнделаге и восточных районах страны, продолжала придерживаться веры в скандинавских богов.
Король считается одним из первых христианских правителей Норвегии и первым норвежским монархом, выпускавшим монеты от собственного имени. После его смерти в 1030 году Олаф был канонизирован. По словам Гулльбекка, чеканка таких монет помогала правителю укреплять новую религию и утверждать образ христианского короля европейского масштаба: «Это брендинг».
Исследовательница музея Анне Скогсфьорд сначала приняла находку за англосаксонский пенни, но затем прочитала надпись «ONLAF R+ NORMANORV» и установила её норвежское происхождение. Монета находилась в обращении примерно 20–25 лет, после чего её спрятали в кладе. Многочисленные небольшие насечки на обеих сторонах указывают, что её проверяли на содержание серебра; при этом Гулльбекк допускает, что сам Олаф мог участвовать в выборе оформления монет и даже держать эту монету в руках.