Нобелевская премия по химии должна присуждаться за открытие, развитие метода или создание концепции, которые выдержали проверку временем и заметно изменили научную практику. Важна и ясность авторства: награда может быть разделена максимум между тремя людьми. Об этом рассказал Валентин Анаников, рассуждая о возможных лауреатах 2026 года.
По словам ученого, высокая цитируемость остается лишь одним из ориентиров. Программа Citation Laureates компании Clarivate сочетает библиометрический анализ с экспертным отбором, однако сама компания не считает ее списки прогнозом победителей конкретного года. С 2002 года Clarivate назвала около 500 ученых «нобелевского класса», но впоследствии премию получили менее 90 из них.
Гораздо надежнее, считает Анаников, учитывать одновременно зрелость открытия, масштаб и длительность его влияния, ясность приоритета и соответствие авторского состава «нобелевской тройке». За последние шесть лет премию по химии присуждали за редактирование ДНК с помощью CRISPR, органокатализ, клик- и биоортогональную химию, квантовые точки, вычислительный дизайн белков и металл-органические каркасы. Этот ряд показывает интерес комитета к фундаментальным идеям, которые одновременно создали новые инструменты и широко изменили науку.
Одним из главных вариантов на 2026 год названы технологии высокопроизводительного секвенирования ДНК. Среди возможных лауреатов — Шанкар Баласубраманиан, Дэвид Кленерман и Паскаль Майер, а также Хэган Бейли, которого рассматривают как одного из пионеров нанопорового секвенирования. Идея возникла более 20 лет назад, стала основой крупной индустрии и повлияла на геномику, диагностику, онкологию, микробиологию и персонализированную медицину. В 2026 году Баласубраманиан, Кленерман и Майер получили Премию принцессы Астурийской в области научно-технических исследований за вклад в развитие секвенирования нового поколения.
Еще один сильный сценарий связан с перовскитными солнечными элементами. Цутому Миясака первым показал возможность применения в солнечной энергетике галогенидных материалов с кристаллической структурой перовскита, а Нам-Гю Пак и Генри Снайт помогли превратить эту идею в эффективную твердотельную технологию. В 2026 году Миясака стал лауреатом Киотской премии за создание перовскитных солнечных элементов; среди возможных участников этой истории также называют Михаэля Гретцеля, который вместе с Брайаном О’Риганом создал сенсибилизированные красителем солнечные элементы. Перспективность темы сочетается с нерешенными вопросами долговременной стабильности и содержания свинца.
Среди других кандидатов названы Гарри Грей и Джей Уинклер за исследования дальнего переноса электронов в белках, а также Дэвид Лю и Чи-Хуэй Вонг. Неожиданным выбором может стать одноатомный катализ, где активные центры образованы отдельными атомами металла; одним из ключевых имен здесь считается Чжан Тао, хотя определение приоритета осложняет большая авторская команда в работе 2011 года. В числе претендентов из «чистой» химии рассматриваются создатели самособирающихся монослоев Дэвид Аллара, Ральф Нуццо и Якоб Сагив, разработчики контролируемой радикальной полимеризации Кшиштоф Матяшевский и Мицуо Савамото, авторы палладий-катализируемого образования связей углерод–азот Стивен Бухвальд и Джон Хартвиг, а также Ирина Белецкая. Еще одна линия связана с вычислительной химией: Роберто Кар и Микеле Парринелло в 1985 году предложили метод молекулярной динамики Car–Parrinello, который объединил расчет электронной структуры и движения атомов из первых принципов. Как отметил Валентин Анаников, «Обычно это момент, когда открытие становится настолько естественной частью науки, что трудно вспомнить, как область существовала без него». Прогноз опубликован при участии МК.