Фото: Francesco Riccardo Iacomino via Getty Images
На протяжении последних шести лет косатки регулярно попадают в новости из-за необычного поведения: отдельные особи многократно повреждали или полностью разрушали рули судов. Среди объяснений такого поведения называли игривость, своеобразную месть, предупреждение о недопустимом приближении к стае, а также культурную передачу — когда одна косатка наблюдает за действиями другой и затем повторяет их.
Кристиан Фрингс, когнитивный психолог, изучающий механизмы контроля действий у человека, допускает, что поведение косаток может быть намеренным. Хотя он не занимается косатками напрямую, ученый полагает, что теории, разработанные для объяснения человеческого поведения, помогут понять и действия этих морских животных. По его словам, косатки могут стать «тестовым случаем» для проверки того, способны ли разные виды предугадывать, как их действия изменят окружающую среду, и совершать эти действия осознанно ради такого результата. Свою гипотезу он опубликовал 8 сентября в журнале Animal Cognition.
Речь при этом не обязательно идет о злых намерениях или о том, что косатки таранят суда, чтобы их потопить и напугать либо навредить людям. Возможно, животным просто нравится ощущение от удара по рулю или от пребывания в воде рядом с плохо управляемым судном. Освоив это, они предугадывают эффект — например, как лодка движется или ощущается при поврежденном руле, — а затем выполняют выученную последовательность действий, создающую такой эффект.
Теория Фрингса не пытается объяснить, почему косатки вообще стремятся повредить судно или руль. «Почему они хотят этого эффекта — вторичный вопрос, и, хотя он, конечно, интересен, он касается совсем другой темы», — сказал ученый Live Science в письме. В беседе с изданием он рассказал, что теории о том, как люди выстраивают серию двигательных действий, так называемые модели контроля действий, могут помочь понять поведение сложных животных в дикой природе.
По словам Фрингса, такие модели описывают, как человек или животное управляет своими действиями, заранее представляя их последствия. Пример с включением света: действие начинается не с нажатия на выключатель, а с предвосхищения того, как будет выглядеть включенный свет. Этот образ затем извлекает из памяти двигательную программу, которая и приводит к ожидаемому результату. Ученый не утверждает, что объяснения через реакцию на стимул или подражание ошибочны, а лишь предлагает дополнительный уровень объяснения: косатки могут предугадывать чувственные последствия своих действий, например то, как будет выглядеть и ощущаться разрушенный руль.
Фрингс сравнивает это с поведением младенцев, которые, двигая руками и ногами или осваивая лепет, тоже пробуют производить эффекты. По его мнению, для такого поведения не нужны человеческие намерения или сложные мысли: достаточно предвосхищения результата. Если гипотеза верна, это открывает возможность влиять на поведение косаток, меняя сам эффект — например, материал руля или обшивку судна. Однако ученый предупреждает, что подобные эксперименты могут быть опасны и не стоит проверять их на судне с людьми, поскольку животные могут отреагировать непредсказуемо.