В Китае назревает серьезная демографическая проблема, которую уже называют тихой катастрофой. Профессор из Шанхая Дуань Тао с грустью описывает ситуацию с рождаемостью, сравнивая ее с опавшими цветами, и активно выступает против закрытия родильных отделений, в которых становится все меньше пациенток. Страна, известная своими небоскребами и круглосуточно работающими фабриками, уже четвертый год подряд фиксирует убыль населения. В результате этого Индия обогнала КНР, став самой населенной страной в мире. Эксперты ООН прогнозируют, что если текущие тенденции сохранятся, то к 2100 году население Поднебесной может сократиться почти вдвое — с нынешних 1,4 миллиарда до 633 миллионов человек.
Истоки политики одного ребенка
Истоки нынешнего кризиса лежат в политике «Одна семья — один ребенок», введенной в 1979 году при Дэне Сяопине. Его предшественник, Мао Цзэдун, придерживался противоположных взглядов, считая, что большая численность населения является силой, и даже запрещал использование контрацептивов. Это, в сочетании с традициями многодетности и относительно мирным периодом, привело к демографическому взрыву. Как сообщает Комсомольская правда, значительное влияние на решение властей ограничить рождаемость оказал ученый-кибернетик Су Цзянь, получивший образование в МГТУ имени Баумана и на мехмате МГУ. Будучи специалистом по системам наведения ракет, он в свободное время изучал демографию и был впечатлен докладом Римского клуба «Пределы роста». В докладе предсказывалось истощение ресурсов и голод, а спасение виделось в ограничении рождаемости.
Су Цзянь донес эти идеи до Дэн Сяопина, и уже в начале семидесятых по всему Китаю появились лозунги, призывающие позже вступать в брак, делать перерывы между беременностями не менее четырех лет и иметь не более троих детей. В стране начали активно распространять контрацептивы и проводить кампании по убеждению женщин в необходимости абортов, объясняя, что меньшее количество детей в семье обеспечит им лучшее будущее.
Жесткие ограничения и их последствия
В итоге в конституцию была внесена статья о «плановом деторождении». Власти утверждали, что без контроля над рождаемостью не смогут прокормить народ. Были установлены строгие лимиты: городским жителям разрешалось иметь только одного ребенка, а сельским — двоих, но только если первой рождалась девочка. Национальным меньшинствам, таким как уйгуры, тибетцы и монголы, позволялось иметь двоих или троих детей в зависимости от региона и этнической группы.
За нарушение этих правил применялись суровые наказания. Многие семьи сталкивались с огромными штрафами, сопоставимыми с несколькими годовыми доходами. Например, всемирно известный режиссер Чжан Имоу был оштрафован на сумму, эквивалентную 1,2 миллиона долларов, за то, что у него было трое детей. Он публично извинился и признал свою ошибку. За неуплату штрафа могли конфисковать имущество и лишить прав. Практиковались также принудительные аборты, даже на поздних сроках беременности, и насильственная стерилизация. Кроме того, поощрялся отказ от детей, которых государство затем массово отдавало на усыновление за границу. Многие родители скрывали «лишних» детей, не регистрируя их, что лишало тех доступа к образованию и медицине.
Одним из тяжелейших последствий политики «одного ребенка» стал гендерный дисбаланс: сейчас мужчин в Китае на 35 миллионов больше, чем женщин. Это связано с традиционным предпочтением мальчиков, которые, как считается, должны заботиться о родителях, в то время как девочки уходят в семью мужа. Директор Института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов отмечает, что во времена ограничений незарегистрированных девочек часто отправляли к родственникам в деревни или даже продавали как будущих помощниц по хозяйству. Таким «женщинам-призракам» для легализации приходилось либо самим платить штраф, либо ждать, пока это сделает жених.
Новые вызовы и ответ властей
При Си Цзиньпине политика начала меняться: в 2015 году китайцам разрешили иметь второго ребенка, а в 2021 году отменили штрафы и разрешили рожать троих. Сейчас все ограничения сняты. Рождаемость на короткое время выросла, но затем снова упала. Алексей Маслов объясняет это тем, что в современном Китае более 66% населения живет в городах, где у взрослых людей из-за напряженного рабочего графика просто нет времени на воспитание детей, а бабушки и дедушки часто живут отдельно. Женщины стали предпочитать сначала строить карьеру, а уже потом думать о детях.
Существует также понятие «штраф за материнство»: женщинам с детьми или детородного возраста работодатели часто предлагают более низкую зарплату, так как считают, что они не смогут полностью посвящать себя работе. В китайских социальных сетях набирают популярность феминистские лозунги в духе «брак нуждается в женщинах, но женщины не нуждаются в браке».
Власти пытаются исправить ситуацию с помощью различных мер. В этом году были введены общекитайские выплаты на детей до трех лет, а также разовые выплаты в регионах за рождение малышей. Например, во Внутренней Монголии за первого ребенка дают 10 000 юаней. Молодым родителям предоставляются налоговые вычеты и доступное жилье. Кроме того, был увеличен декретный отпуск, а расходы на роды стали полностью возмещаться. Несмотря на то что эти меры дали некоторый эффект и рождаемость за год выросла на 5,7%, этого недостаточно, чтобы компенсировать общую убыль населения.
Проблема старения населения
Вместе с низкой рождаемостью Китай столкнулся с проблемой быстрого старения населения. По прогнозам ООН, к 2050 году люди старше 65 лет будут составлять треть китайского общества. Это создает колоссальную нагрузку на пенсионную систему. Алексей Маслов подчеркивает, что пенсии являются дотационной сферой, и только две южные провинции способны самостоятельно их выплачивать, в то время как остальные регионы получают средства из центрального бюджета. В некоторых провинциях, особенно на северо-востоке, ситуация уже критическая: на одного работающего молодого человека приходится полтора пожилых.